«Жаворонки» и бумажные самолетики

Деградация обычая или развитие традиции.

Исследуя традиционные славянские обряды, связанные с началом весны, я наткнулся на очень любопытный пример «народного» новоязычества (конечно же, если понимать под «язычеством» нечто вроде https://vk.com/wall-67741956_18552).
Суть в том, что современные фольклорные коллективы (тут даже наши сибирские беларусы отметились (на фото №1)), при проведение праздников активно используют, вместо традиционного обрядового печенья «жаворонки», — обычные бумажные самолетики.
Ну то есть, в финале «гукания весны», на последнем «у-у-у» — их запускают в небо (зачастую многие при этом еще загадывают желания, выпуская их в небо вместе с самолетиками), наподобие того, как раньше подбрасывали «жаворонков»:
«…«жаворонков» подбрасывали вверх с земли или возвышенности: «Дети влезают на крыши сараев и домов, кидают их вверх и кричат…» [РЭМ, д. 1501, л. 3, Саратовская губ.]; «Ребятишки берут по жаворонку, влезают на сарай и, подкидывая жаворонка вверх, приговаривают…» [РЭМ, д. 16, л. 7, Владимирская губ.]…
Поволжское гадание о жизни и смерти основано на прямом уподоблении «жаворонка» человеку: «Кинут вверх жаворонка и гадают: умереть или нет? Если он упадет вверх лицом, то в роду умрет кто-нибудь, если вниз — нет» [ГУ, колл. 45, ед. хр. 10, Ms 3, Горьковская обл.].»
Т. А. Агапкина «Этнографические связи календарных песен. Встреча весны в обрядах и фольклоре восточных славян»
В принципе, я даже представляю, как так получилось. После того, как, в новейшее время уже, выпечку заменили [бумажные] модели (а это общая тенденция деревни после индустриальной эпохи — в самых разных обрядовых сферах) — так и до «самолетиков». недалеко.

И все бы ничего, но та же Агапкина убедительно показывает семантику «жаворонков» как пищи, предназначенной Предкам (о птичьей природе Предков я писал много и не раз. Из недавнего см, например, см.например https://vk.com/wall-119055965_14477). Не буду приводить все ее многочисленные аргументы и примеры и процитирую ее лишь вкратце:

«Мотив вырея, куда на зиму отправляются птицы и змеи и где пребывают души предков, так настойчиво повторяющийся во многих свидетельствах, относящихся к «жаворонкам», а также некоторые формы обрядового использования самого печенья заставляют усомниться в том, что смысл приготовления этого печенья состоял исключительно в ритуальной констатации прилета птиц. У восточных славян в ритуалах и играх с «жаворонками» заметное место занимали поминально-жертвенные мотивы: обычаи оставлять «жаворонка» на открытом месте, закапывать его в землю, бросать в воду, а также использовать в поминальных ритуалах, аналогичных тем, которые мы уже встречали у южных славян и восточных романцев.

Иногда «жаворонки» предназначались непосредственно предкам. В Бердичевском окр. еще в начале XX в. «жаворонков» раздавали детям, полагая, «будто бы будет их есть тот, кто умер. На том свете он их съест» [ИИФЭ, оп. Здоп., д. 309, л. 149].

и «жаворонки», и «бусловы лапы», и подавляющее большинство сербских, болгарских и румынских хлебцев дня Сорока мучеников были пресными, что неоднократно отмечалось этнографами и фольклористами . Приготовленные из ржаной или картофельной муки и замешенные на воде, пресные «жаворонки» (если их не посахарить и не облить медом) были на редкость черствыми: «их топором не отсекнешь» [Слепцова 1996, с. 29, Рязанская обл.] . Из пресного теста готовили в основном и те мучные изделия, которые заменяли «жаворонков»: украинские и белорусские «галушки», «подпалки» и пр., смоленские, брянские и гомельские «орехи» и «галки», сербскую «погачу», заонежские «блины» и мн. др. Однако не только это говорит в пользу манистических связей описываемых обрядовых хлебцев. В большинстве южнославянских и румынских, а также во многих восточнославянских традициях хлебцы, приготовляемые на Сорок мучеников, специально смазывали сверху медом (см.: [Кабакова 1989, с. 394; ГрбиЬ 1909, с. 45; Маринов 1984, с. 128 и др.]). Как известно, мед активно используется в качестве поминальной пищи. У восточных славян вместо меда «жаворонков» могли поливать сытой (медом, разведенным в воде)

и «жаворонки», и «бусловы лапы», и названные выше болгарские, сербские и румынские хлебцы, выпекаемые в день Сорока мучеников, предназначались не только для раздачи или кормления посторонних (птиц, предков, гостей, соседей, чужих детей и т. д.). Более точно было бы говорить о том, что в рамках дня Сорока мучеников и других близких к нему праздников имела место «совместная трапеза» живых и мертвых, взаимное приобщение живых и мертвых к пище друг друга. Напомним, что хлебцы и печенье одновременно ели и люди, которые их готовили, и те, кому они были предназначены.»

То есть, вот это меня и смущает. Причем довольно таки сильно. С одной стороны, конечно, это естественный (и универсальный) путь развития Обычая — вспомним замену жертвенных птиц и животных фигурками этих птиц и животных, вотивные предметы (https://ru.wikipedia.org/wiki/Вотивные_предметы) всякие и проч.
С другой стороны, готов ли я предлагать Предкам вместо обрядовой пищи — бумагу?

В общем, своего личного мнения у меня пока просто нет.

Максим Сухарев

Facebook Comments
Закладка Постоянная ссылка.