О возможной иконографии Сварога (№4)

Продолжаю серию постов об иконографии славянских Божеств (vk.com/wall-119055965_4196) для всячески рекомендуемых групп РП и СНЯ. Напомню, что первые три выпуска посвящались соответственно Велесу (№1 vk.com/wall-119055965_4223), Перуну (№2 vk.com/wall-79792461_2541) и Мажане (№3 vk.com/wall-119055965_6142). Общие тезисы об идолах смотри: vk.com/wall-119055965_1905. Следующее место в голосовании занял Сварог.
Я довольно основательно проанализировал этот образ в целом ряде своих научных статей. http://slav-drevnosti.ru/articles/24 – здесь краткая характеристика Сварога и Сварожича в формате энциклопедической статьи. Здесь: http://dajbojic.livejournal.com/2757.html (см. в конце поста список источников: Кутарев, 2016) – довольно большая статья, анализирующая весь корпус источников, связанных с Дажьбогом и Сварогом: эти Боги, как будет показано далее, неразрывно связаны. Наконец, более краткая статья, посвящённая конкретной текстологии и прямым цитатам памятников, упоминающих этих двух Богов, здесь: http://dajbojic.livejournal.com/5180.html (Кутарев, 2015).
Теперь вкратце о чём всё это. Сварог упоминается во всей славянской литературе один-единственный раз. Это происходит в большом пассаже Ипатьевской редакции «Повести временных лет». В статье о 1114 годе летописец ни с того ни с сего переключается на Египет и сообщает, что во время правления там Феоста (то есть Гефеста), «которого и Сварогом называли египтяне», с небес упали кузнечные клещи, и с этой поры люди «начали ковать оружие, а до того палицами и камнями бились». Кроме того, Феост-Сварог «повелел одному мужчине иметь одну жену и женщине за одного мужа выходить, если же кто преступит этот закон, да ввергнут его в печь огненную». Затем, «после него царствовал сын его, по имени Солнце, которого называют Дажьбогом». Он проведал о том, что некая женщина прелюбодействует, нарушая, таким образом, закон его отца о моногамии. Тогда Дажьбог поймал её с поличным, «подверг пытке и послал водить её по земле египетской на позор, а того прелюбодея обезглавил. И настало непорочное житьё по всей египетской земле, и все восхваляли его». Затем летописец возвращается к повествованию о Руси.
Казалось бы, здорово – целый славянский миф. Но на деле миф этот нисколько не славянский. http://dajbojic.livejournal.com/5180.html – в данной работе на основании приводимых цитат греческой «Хронографии» Иоанна Малалы́ (VI в.) совершенно несомненно показано, что здесь имеет место лишь цитирование разных мест славянского перевода «Хронографии» автором для вполне приземлённых целей – доказать, что с небес может что-то падать. Все мифы – о даровании металлургии, о введении института брака, о наказании прелюбодеев – все они греческие. Славянскими же здесь являются только две вставки: 1) это предусмотренное Сварогом наказание ввержением в огненную печь (греческий миф сообщает только об обезглавливании, отсюда и расхождение действий Дажьбога с законом Сварога) и 2) собственно толкование имён: Феоста=Сварог, и его сын=Дажьбог (у греков Гелиос, но «Повесть временных лет» ни разу не упоминает это имя, называя только Солнце).
«Хронографию» Малалы перевели с греческого на славянский ещё южные славяне в X в. Именно они-то и сделали вставку имён славянских Божеств, а русский летописец просто процитировал их перевод. Это означает, что в данном пассаже СВАРОГ И ДАЖЬБОГ – ЭТО ЮЖНОСЛАВЯНСКИЕ (БОЛГАРСКИЕ), А НЕ ВОСТОЧНОСЛАВЯНСКИЕ (ДРЕВНЕРУССКИЕ) ИМЕНА БОГОВ. Однако вставку о ввержении в огненную печь сделал уже древнерусский летописец. И это произошло не случайно. Древнерусские поучения против язычества XI–XIII вв. содержат такие строки: язычники «огневися молять зовуще его Сварожичем» в «Слове христолюбца» [Гальковский, 305]; «и огневи Сварожицю молятся» в «Слове об идолах» [Гальковский, 287]. То есть, в древней Руси под именем Сварожец (Сварожич) – почитался Огонь. Итак, получается, что южнославянский переводчик соотнёс с греческим богом огня и кузнечного ремесла Гефестом своего Сварога, а древнерусский летописец уже Сварога соотнёс с русским собственно Богом-Огнём Сварожцем. Из этого можно очень уверенно заключить следующее: и у южных и у восточных славян под этими несомненно родственными именами почитались образы Божеств (или один образ?), которые воплощали стихию огня.
Сварог, как уже было сказано, больше нигде никогда не упоминается. Правда, новгородские говоры знают слово «сварог» как старое название огня, а также кузнечика (Кутарев 2016, 129), но это и всё, что есть. Между тем, Сварожец/Сварожич известен также полабским славянам уже западнославянской ветви. Бруно Кверфуртский примерно в 1008–1009 году упоминает «дьявола» Сварожича (лат. транс. Zuarasiz), и это – самое раннее несомненное появление славянского теонима в истории (см. http://slav-drevnosti.ru/articles/24). Более подробно о храме Сварожича (он же Редегост – теоним, из которого Толкин создал имя Радагасту Бурому, ездящему в фильме «Хоббит» на р-р-росгобельских кроликах) в городе Ретра пишет Титмар Мерзебургский (лат. транс. Zuarasici), цитирующий и дополняющий его Адам Бременский, и несколько более самостоятельный Гельмольд из Босау – немецкие хронисты XI–XII вв. В их сообщениях Сварожич-Редегост рисуется самым почитаемым Божеством не только лютического союза, но и вообще западнославянского мира XI–начала XII вв. (до монопольного возвышения Арконы и её Бога Свентовита). Сварожич-Редегост предстаёт межплеменным воинственным Богом-покровителем (Титмар, VI.23; Адам, II.21, III.51; Гельмольд, I.21, I.52, II.21).
Завершая рассмотрение Сварога, отметим, что популярная теория о родстве санскритского svarga («небо») со славянским теонимом является почти невозможной с лингвистической точки зрения. Другая весомая теория выводит имя Сварога из понятия «свара», т.е. ссора, распря, связывая это как раз с функцией наказывающего бога. Предпочтительной же нужно назвать этимологию, выводимую слово из корня «вар», в значении «кипение, варево», (отсюда же простонародное сварганить в значении «изготовить» – ср. функцию кузнеца, создающего изделие из сырья) (ссылка по всему абзацу – Кутарев 2016, 129). Таким образом имя Сварог я понимаю как «изготовитель», а его образ – как кузнеца, схожего с греческим Гефестом.
Не могу не упомянуть одно из основных положений своей большой статьи (Кутарев, 2016), хотя оно не столько о Свароге: Дажьбог был отождествлён, вероятно, не с богом солнца (Гелиос – чьего имени, повторюсь, и нету в летописи), а С СЫНОМ БОГА-КУЗНЕЦА. То есть – в славянской мифологии Дажьбог не Бог Солнца (см. статью), но – сын Сварога. Если так, это единственное несомненное упоминание родства Богов во всей славянской мифологии, потому что имя «Сварожич», а точнее, «Сварожец» вовсе не означает «сын Сварога» – его вернее понимать, как «маленький Сварог», а лучше – как вообще самостоятельное имя, родственное Сварогу, но не производно-вторичное от него.
Итак, образ Сварога стал окончательно ясен. Хотя эта форма имени – южнославянская, мы видим общеславянское хождение теонимов с такой основой, и отсюда уверенно предполагаем праславянское, то есть древнейшее и общее всем славянам его почитание. Это владыка огня, и отсюда – всей пламенной, творческой, страстной стихии. Огонь симпатически тождествен творению, и потому – во многих мифологиях именно кузнецы предстают творцами, демиургами (хотя такие мифы относительно поздние, поскольку ранняя металлургия (медная и бронзовая) возникла лишь примерно 5500 лет назад, и долгое время существовала на весьма ограниченных территориях).

Индоевропейские кузнецы поразительно похожи. Индийский Тваштар, согласно «Ригведе», выточил (или, реже, выковал) Индре дубину («тысячезубую», I.85, VI.17) или ваджру (молнию) для сражения того со змеем Вритрой, что было величайшим подвигом Громовержца (I.32, I.61, V.31, VIII.102, X.48, X.99). Он создаёт оружие – топор, пращу; но также известен как создатель сосудов для сомы, которые достаются богам (I.20, I.117, I.121, I.161, III.48, IV.18, IV.33, X.49). Само имя «Тваштар» значит «творец», он знаток и создатель всех форм, всех существ (I.13, I.188). Любопытно, что он иногда отец огня – Агни (I.95, III.7, X.2) и даже – предок богов (III.55). Потому логично его покровительство и деторождению (I.142, II.1, II.3, III.4, VII.2, VII.34, X.18, X.184). Он порой творит напевами, «он поэт» (II.23). Итак, перед нами «прекрасно действующий, прекраснорукий, отзывчивый, соблюдающий закон Бог Тваштар» (III.54, VI.49, X.10.5). Впрочем, не стоит забывать об индийском генотеизме – других отцов Агни и творцов всех животных в индуизме известны десятки, если не сотни.
Греческий Гефест похож на Тваштара. Посмотрим одну только «Илиаду» Гомера. Это искусный мастер, «олимпийский художник» (I.571), бог «огромный и пышущий силой» (XX.36). Его кузница создаёт молнии («Энеида», VIII.370–453) и щит Зевсу (XV.307–310) и другое оружие, например, доспехи Диомеда (VIII.194–195). Он построил жилища олимпийцам (и себе – самое прекрасное, XVIII.369–371), и служит там виночерпием среди богов (I.595–610). Фетида, придя просить для сына Ахиллеса доспехи, шлем и щит, «бога, покрытого потом, находит в трудах, пред мехами / быстро вращавшегося» (XVIII.372–373). Гефест делает с помощью огромного молота и клещей великолепный медный щит, украшая его столь дивно и обильно, что вся 18-я песнь «Илиады» получает название «Изготовление оружия». Действует Гефест и в бою: он насылает на врагов разрушительный огонь (XXI.331–381). Встречается эпитет: «быстрый, как бурный пламень Гефестов» (XVII.88).
Ирландский бог-кузнец Гоибниу в «Битве при Маг Туиред» творит оружие для своего войска; он устраивает пир, где все пьют его чудесные напитки. Он силён и могуч, и известен также великим строителем.
Германский Вёлунд в «Песне о Вёлунде» из «Старшей Эдды» был схвачен жадным конунгом, позарившимся на золото кузнеца. Чтобы кузнец не сбежал с острова, «ему подрезали сухожилья под коленями». Но тот сумел отомстить, приманив богатствами сыновей конунга, убив их, а «из черепов / чаши он сделал», покинув затем остров. В то же время, «хромоногий» – пожалуй, самый частый эпитет Гефеста, а Гомер приводит целых два разных мифа о том, как тот охромел (Кутарев 2015, 102).
Итак, вот индоевропейский кузнец: он также плотник и строитель, хромой, куёт не только оружие, но и сосуды для дивного питья (и готовит и разносит его), он поэт, он силён и повелевает пламени. Балтский Телявель и неиндоевропейский, но близкий финский Илмаринен дополняют образ. Поэтому, вероятно, и Сварог, как «Тваштар знает волшебные превращения, он, самый деятельный из деятельных: / Он приносит самые счастливые сосуды для питья богов. / Сейчас он точит топор из хорошего железа» («Ригведа», X.53.9). А мастера на Руси – архетипно ЛЕВШИ. Наш образ готов.

Гальковский Н.М. Борьба христианства с остатками язычества в древней Руси. М., 2013.
Кутарев О.В. Древнерусский Дажьбог, сербский Дабог и греческий сын Гефеста Гелиос // Acta Eruditorum. 2015. Вып. 19. СПб., 2015. С. 101–109. http://dajbojic.livejournal.com/5180.html
Кутарев О.В. Славянский Дажьбог как развитие индоевропейского Бога Сияющего Неба (Дьеус-Патер) // Философия и культура. 2016. № 1 (97). С. 126–140. http://dajbojic.livejournal.com/2757.html
Илиада: http://www.lib.ru/POEEAST/GOMER/gomer01.txt
Повесть временных лет (Ипатьевская редакция): http://lib.pushkinskijdom.ru/Default.aspx?tabid=4869
Ригведа: http://scriptures.ru/vedas/rigveda01_001_023.htm
Хроники Титмара, Адама и Гельмольда см. по алфавиту (наверху страницы) сайта Востлит: http://www.vostlit.info

#Язычество_РП #Славяне_РП #Боги_РП #Иконография_РП #Сварог_РП

Олег Владиславович

Закладка Постоянная ссылка.

Комментарии запрещены.